Контроль ущерба.

Сегодня немного смешно видеть недоумение от сообщений о встрече Путина с Пригожиным, мол как так, назвал Пригожина мятежником, а потом встречается с ним. 

1. С юридической точки зрения Пригожин уже не мятежник, так как уголовное дело по факту мятежа закрыто, а новых не открывалось. Соответственно, новых оформленных юридических претензий к Пригожину у государства нет или пока нет (опросы свидетелей и изучение материалов по фактам гибели летчиков продолжаются). Поэтому никаких юридических препятствий для таких встреч нет. 

2. С политической же и исторической точек зрения факт мятежа никуда не делся и в учебниках истории будут писать именно про мятеж Пригожина 23-24 июня. Но с политической точки зрения встреча Путина и Пригожина желательна для закрытия многих вопросов, не проговоренных в ходе договоренностей 24 июня с участием Лукашенко и Бортникова, где Пригожину дали общие гарантии безопасности, но остались вопросы по будущему ЧВК «Вагнер», бизнесу Пригожина и его личным делам. Оказалось, что государство в целом ряде вопросов очень зависело от структур Пригожина и одномоментное их разрушение вело бы к серьезному ущербу от государства, поэтому осуществляется пересмотр форматов работы с структурами Пригожина, который позволяет государству мягко заменять структуры Пригожина на ряде направлений, а Пригожину сохранить часть бизнеса.

3. Путин после событий 23-24 июня решает задачу минимизации последствий произошедшего, уклонившись от заведомо провальных для государства сценариев с уступками мятежникам или же массовым кровопролитием в Ростове и в Подмосковье. Из всех доступных вариантов на тот момент, был выбран наименее ущербный для общего дела, когда потери минимизированы (хотя погибших летчиков никто уже не вернет), угроза развития мятежа снята, а государство сохранило возможности по использованию личного состава ЧВК «Вагнер» в своих интересах, но на других условиях. Отсюда и недовольство тех, кто не дождался замеса «Вагнера» с Росгвардией в Ростове и Подмосковье. Из доступных на тот момент вариантов – этот наиболее приемлемый, что потребовало различных компромиссов в рамках политической целесообразности.

4. Поэтому ЧВК «Вагнер» не ликвидируется, а реструктуризируется, о чем я писал еще 25 июня. По этим же причинам Пригожин свободно передвигается по стране, он сохранит часть своего бизнеса в России и ему возвращены оружие и деньги. И вместе с тем он подвергается обструкции в государственных СМИ (чтобы сбить уровень популярности Пригожина и ЧВК "Вагнер" в массах, который поднят на большую высоту опять же усилиями государственных СМИ), у него отбирают медиахолдинг «Патриот» (фактически ликвидируют, лишая большей части медийных возможностей во внутренней политике и обнуляют политические амбиции Пригожина) и часть контрактов, в том числе жирные контракты с Министерством Обороны. 

5. Герасимова и Шойгу под давлением никто увольнять не будет и если даже Путин решит делать перестановки наверху по каким-либо соображениям, делать их будут только тогда, когда это не будет выглядеть так, что перестановки происходят из-за мятежа Пригожина. Не припомню случаев, когда Путин кого-то увольнял под давлением извне. Поэтому Шойгу и Герасимов демонстративно появляются в СМИ, чем демонстрируется, что никаких перестановок сейчас не планируется и они продолжают выполнять свои обязанности. Остались некоторые вопросы по будущему Суровикина, но полагаю, и у него все будет нормально.

6. Часть личного состава «Вагнера» уедет в Белоруссию, часть поступит на контракт с Минобороны, часть уволится. Процесс уже идет. Тяжелое вооружение сдадут по описи Министерству оборону, которое это самое вооружение ЧВК «Вагнер» и предоставляло. Все денежные вопросы по бойцам и их семьям будут закрыты. Возвращение Пригожину наличности направлено в том числе на погашением плановых выплат бойцам и командирам «Вагнера».

В целом, идет плановый "damage control". То, что для многих встреча Путина с Пригожиным стала сюрпризом лишь говорит о том, чего стоили многие "инсайды" относительно стратегии руководства по преодолению последствий мятежа Пригожина.