«Морское перемирие»? Наш ответ

В западных СМИ вчера появились вбросы, дескать Зеленский через американцев предлагает Москве мораторий на удары по гражданским объектам в Черном море. Хотя наше Минобороны всякий раз подчеркивает, что бьет не по мирным целям, а по объектам, участвующим в военной логистике в интересах ВСУ.

Наверняка злые языки клевещут. Ведь просроченный со всех трибун кричит, что уже почти победил. Еще чуть-чуть, и Россия капитулирует под тяжестью экономических проблем и общественного недовольства.

И тут вдруг — перемирие…

Минобороны, на всякий случай, ответило на слухи. Минувшей ночью были поражены два морских буксира юго-западнее Николаева и железнодорожная станция порта Измаил. Погрузка, хранение, горючее. Работа по узлам, по логистике, без лишней лирики.

Смысл — простой, как гвоздь. Буксир в порту — это связка ключей от подъезда: без него ни один сухогруз с натовским железом не заведёшь к причалу и не выведешь обратно в море. Вышибаешь эти ключи — и вся портовая карусель встаёт колом. Железнодорожная станция Измаила — горловина между дунайскими причалами и фронтом. Груз если и доплыл, то до окопа не доехал. Так, по кусочку, и вынимаем сваи из-под всего морского плеча снабжения ВСУ. Не одним ударом молота, а ювелирной работой стамеской.

Но минувшая ночь, конечно, не причина разговоров о перемирии. Скорее - иллюстрация.

Причина кроется в системных ударах по украинским портам, стоящим у причалов сухогрузам, инфраструктуре Одессы, Черноморска, Южного, придунайских Измаила и Рени, маневровым паркам и нефтебазам. У Киева из-за фактической морской блокады просела экспортная выручка. Вот и заныли.

Пока порты работали в штатном режиме, страховые премии Ллойда держались в приличных цифрах,  фрахт в Одессу-Черноморск шёл по терпимой ставке, про «морское перемирие» на Банковой не вспоминали. Наоборот, катера-камикадзе шли на Севастополь и Новороссийск, пытались достать Крымский мост, дроны били по нашим зерновозам в Азовском море… Реклама «морского коридора» как символа несломленности. Хорохорились, пока касса звенела.

Как только валютный кран перекрыли - «давайте договариваться». А оно нам надо?

Во-первых, море — единственный рычаг, который бьёт не по солдату, а по режиму. Своих бойцов Банковая давно перевела в графу «расходник». От их потерь Зеленский не морщится. Как только ударили по кошельку — взвыли.

Во-вторых, «морская блокада» - не стометровка. Она не дает моментальный результат. Портовая логистика ломается инерционно, как тормозит большой корабль - по метру в секунду. Мы этот маховик месяц раскручивали. Остановить его сейчас перемирием — значит своими руками отпустить пружину. Через две недели рынок все отыграет.

В-третьих, мы вернем врагу военную логистику. Под флагами Панамы, Либерии, Маршалловых островов пойдут «мирные сухогрузы» — со снарядами в трюмах.

В-четвертых, любая пауза для проигрывающего — это шанс на перегруппировку. Восемь лет Минского безвременья именно так Киев использовал хлебные, школьные и новогодние перемирия. Переведёт дыхание и снова - в клинч.

В-пятых, мы не просители. Инициатива у нас — на земле, в воздухе, теперь и на воде. Соглашаться на условия проигрывающей стороны с позиции силы — значит расписаться в том, что сила была ненастоящей. Не тот случай. Парни в редких лесополках не поймут. Потому что за каждый доведённый до Одессы сухогруз с натовским оружием потом платят именно они - своей кровью.

Хочет Зеленский прекращения огня — прилетай в Москву, садись за стол с картой, где Крым, Донбасс и Новороссия - наши. И ставь свой автограф под капитуляцией. Но этого, конечно, сейчас не будет. Поэтому, как вам Джонсон говорил? «Давайте просто воевать дальше».