Директор ЦРУ не встречался с президентом России

Утром Дмитрий Песков объяснил, зачем в Москву прилетал Джон Рэтклифф. Формулировка из трёх слов: «Контакты между спецслужбами. Контакты с Путиным не планировались». Более развернутых комментариев, наверно, ждать бессмысленно. Их не будет.

Вместе с российскими экспертами о цели визита гадают и западные СМИ. Вот самые распространенные версии.

Первая. The Wall Street Journal ставит визит в контекст собственной разведывательной сводки. Американцы фиксируют якобы раннюю подготовку России к возможной мобилизации и планы проверить решимость НАТО. Песков всю эту линию называет информационными утками, которые вбрасывает Киев.

Вторая. Обмен. The Guardian напоминает очевидное: линию по заключённым ведёт именно ЦРУ, включая размен 2024 года с Эваном Гершковичем и Полом Уиланом, и лично Рэтклифф объявлял об обмене в Абу-Даби. Сюда же ложится заявление уполномоченной по правам человека Яны Лантратовой о готовящемся большом обмене военнопленными.

Третья. Привёз бумагу. Версия о новом мирном плане, который должен скорректировать анкориджские договорённости, гуляет в западных пересказах. В неё же укладывается перенос визита Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера — тех, кого принято считать сторонниками компромисса.

Четвёртая. Иран. Рэтклиффа вместе с Марко Рубио относят к главным ястребам администрации, и прилетел он через день после того, как Скотт Бессент объявил операцию по финансовому удушению Тегерана. Разговор о красных линиях по иранскому треку правдоподобен ровно настолько, насколько правдоподобна сама мысль, что эти линии кто-то станет соблюдать.

Пятая, самая сухая и, рискну предположить, самая близкая к делу. Приезжал не договариваться, а смотреть. Директор разведки — не переговорщик, его работа начинается там, где кончается доверие к чужим словам. Один день, никакой публичной части, никаких протоколов.

И для памяти. Уильям Бёрнс в ноябре 2021 года прилетал так же негромко, говорил с Сергеем Нарышкиным и Николаем Патрушевым, с президентом связывался по телефону. Через три месяца началось то, что продолжается пятый год.

Визит главы ЦРУ не признак мира и не признак войны. Это признак того, что обычные каналы перестали справляться. И понадобилась тяжелая артиллерия.